May 10th, 2011

Утро после Праздника

Так получилось, что прошёлся по городу, да ещё по центру, необычно (для меня) рано: шести ещё не было. Город - чист. Как будто не было вчера праздника. Всё подмели и всё убрали, только одну эстраду на Проспекте ещё не разобрали.
Неожиданно налетел на цветущий каштан. Потом попались ещё три. Батюшки! Каштаны цветут! Раньше яблонь! Не все, конечно, а только первые.
Вчера, может быть впервые за уж не знаю сколько лет, не ходил смотреть салют на 9 Мая. Какой-то вообще несистемный год получается: Новый год был без ёлки, пасха - без крашенных яиц (крашеное яйцо на Праздник Весеннего полнолуния - давняя человеческая традиция, символ Солнца и Жизни, приватизированная крестоносами). Теперь вот 9 Мая без салюта... Что дальше?

После праздника

Нельзя сказать, что праздник этот я никак не отметил. На салют я не сходил, гостей у меня не было, но праздничные пироги были.
Внимание любителей вкусной и простой пищи я ещё раз обращаю на свой рецепт скороспелого теста "Памяти Похлёбкина". Рецепт здесь:
 http://murryc.livejournal.com/30617.html
Рецепт разрабатывался для лепёшек. Тогда у меня была хорошая печка с духовкой, и пироги я пёк по классическому русскому рецепту. А лепёшки - по этому, собственному.
Но теперь у меня обычная газовая плита. Настоящие русские пироги в ней получаются ненастоящие, а эти - из скороспелого теста - хуже не стали.

Всё ещё про Праздник Победы

Листал ЖЖ, листал новостные сайты. Пишут не только про аглицкого принца, про Обамо-Усамские легенды, про Навально-непонятности. Пишут и про наш Праздник, который многим совсем не праздник, а повод ещё раз лягнуть прошлое.

Много чего прочитал разного. Много пакостей и злопыхательств, много настоящего патриотизма, много туполобого патриотизма, много псевдопатриотизма… Много чего. Так ведь и было много чего. Много чего разного. При желании можно выбрать на всякий вкус. А не удастся выбрать – так придумать можно: поди, проверь!

Добавлю и я рассказ вполне реального человека. Человек был уважаемый. Участник войны, с орденами, занимал высокую должность, хороший специалист, честный человек. В разговоре он всегда был очень сдержан, старался не высказывать своё мнение и вообще говорил мало. Про себя сам никогда ничего не рассказывал, а на вопросы отвечал кратко и уклончиво.

Но однажды разговорился. Как раз на 9 мая. То ли выпили мы тогда изрядно, то ли он решил, наконец, хоть с кем-то поделиться воспоминаниями. Иногда необходимо, а Живого Журнала тогда не было. На меня тогда его рассказ произвёл сильное впечатление (так как я до того подобных рассуждений не читал и не слышал), и поэтому я могу воспроизвести его почти дословно (тем более, что я почти сразу для себя его записал).

«Когда война началась – я жил без паспорта. Меня из лагерей отпустили, должность дали высокую, а паспорта – не дали, дали справку, что паспорт на переоформлении – это для тех милиционеров и гебешников, которые были не в курсе – чтобы не цеплялись. Так я жил несколько лет. Переводили с места на место. Как новая стройка – меня туда. Там уже всё знают и меня ждут. Деваться мне без паспорта некуда.

«Войну объявили – я у самой границы был со своей бригадой. Немец шёл быстро. Про разные концлагеря и про эсэсовцев мы ничего не знали. Немец – и немец. Думали, как в 14 году война будет. Перейти к немцу мне ничего не стоило. Немец же сам рабочими управлять не будет, наверняка ему люди понадобятся.

«Но я рассудил так: для немца я никогда не буду своим, немец никогда не будет относиться ко мне как к человеку. А потом русский немца обязательно побьёт. Пройдёт пару лет – и побьёт непременно. Не коммунист фашиста побьёт, а русский немца побьёт. Ну и спросит, конечно, со всех, кто немцу помогал, а немец никого защищать не будет: самому бы спастись!

«Я не думал, что война будет такая страшная и непрерывная. Немца жадность подвела. Если бы он у Смоленска или, скажем, у Орши остановился, наверное, заключили бы перемирие, а потом оттяпали бы Прибалтику, Белоруссию и пол-Украины. Вот чего я ждал. Но я уверен был, что русский не успокоится, всё это обязательно вернёт, ещё у немца кусок оттяпает и со всех предателей спросит.

«Поэтому от немца я унёс ноги полным ходом, не просто это было, и сразу – в военкомат. Там не разбирались, взяли не глядя. А потом мне паспорт дали, орден дали, в партию приняли. А после войны мне никто ни о чём не вспоминал: было достаточно предателей, было кем заняться гебешникам, мной они уже не интересовались…»


Одуванчики, каштаны...

Кончился рабочий день. Кончился вовремя.
Выхожу. Передо мной газон Дома правительства. Зелёный-зелёный, а на нём - одуванчики. Не очень чтобы много, но есть. Уже второй год главарь ухажёров за главночиновным дизайном догадывается разнообразить, оживлять зелень газонов. Раньше тётки начисто выщипывали всё, так сказать, несистемное. С прошлого года не так. Весной в траве - одуванчики, летом - маргаритки.
Еду домой. Одуванчики, одуванчики, одуванчики... Ой! Полоса белых одуванчиков. А-а-а! Это там теплотрасса проходит, зацвели раньше.
А вот и каштаны в цвету (конские, конечно). Утром их было три-четыре, а к концу дня - целая улица. Конечно же, неправильные каштаны. А рядом - неправильные яблони: потому что должны цвести, а ещё не цветут.
Во дворе нашего очень многоквартирного дома - сплошной газон белых одуванчиков. Между ними - ещё более белые пятна нарцисов. И одуряющий запах нарцисов, несмотря на тучные отары бензомоторных тачек на всех свободных и несвободных местах (однако, на газон никто не заехал!).
.
А в кабинете у меня неправильные сеянцы олеандра и неправильные сеянцы рео.
В Минске все добрые (и особенно - недобрые) люди размножают олеандр черенками, а про семена олеандра никто и не слышал. Черенок не ветвится, пока не зацветёт (если ему не помочь). После того, как верхушечная кисть отцветёт, на её месте образуется 1-2-3 побега, каждый из которых не ветвится, пока не зацветёт. 
У меня - сеянцы. 4 штуки. Им как раз один год. Высота - 20-40 см. Двое из них взяли, да и заветвились. Побеги полезли изо всех щелей, и побеги - супротивные (нормальный олеандр - мутовчатый). А третий сеянец заветвился ещё полгода назад. Вот такие неправильные олеандры.
Рео тоже не сеют, а разрезают куст или приживляют черенок. Я решил посеять. И что же? Получилась стелющаяся форма. Два года прошло, пока не цветёт.