November 4th, 2011

Вспоминаю старые страницы

Вспомнил по какой-то ассоциации историю, давно прочитанную в воспоминаниях какого-то известного корреспондента (возможно, К. Симонова, но я не уверен: забыл. Если кто читал – прошу сообщить).

В августе 1945 в Маньчжурии Корреспондент, следуя за советскими наступающими войсками, зашёл в одиноко стоящий дом, по виду брошенный. В доме было пусто, только на столе посреди комнаты лежал и злобно косился глазом кот, похожий на маленького тигра. Корреспондент засмотрелся на кота и не заметил, как сзади бесшумно возник человек, одетый как китайский крестьянин. Человек сказал по-русски без акцента:

- Я – японский офицер. Пожалуйста, арестуйте меня. Я не хотел сдаваться солдатам, поэтому переоделся в это платье и ждал, пока встречу офицера, не ниже меня по званию.

- Значит, вы решили не прибегать к харакири?

- Что вы! На кого бы я оставил своего кота! Я специально ждал, пока встречу офицера с интеллигентным лицом, чтобы он мог позаботиться о коте. Он же у меня совсем домашний. Его родословная старше моей. Его предки служили ещё императору Го-Сиракава. [Возможно, здесь что-то путает или Корреспондент, или японец, но не обязательно. Официально кошки служили японским императорам с содержанием чиновника пятого ранга в конце 10-го века, начале 11-го, а Го-Сиракава правил в 12 веке. Но ведь японец мог знать предания, не вошедшие в официальные источники.]

Корреспондент описывает свои дальнейшие беседы с этим японским офицером перед тем, как он сдал его советскому командованию: офицер прекрасно говорил по-русски и сообщил интересные сведения о настроениях в японской армии и вообще в Японии во время войны. Но нигде больше Корреспондент не упоминает кота. Наверное, он не исполнил просьбу японского офицера и бросил кота китайцам. А может быть он и забрал кота, но постеснялся или не решился писать об этом, чтобы не навлечь гнев советских людей, которым (большинству которых) после такой войны было бы смешно жалеть самурайского кота. Маловероятно, но надеюсь, что это так.