March 22nd, 2013

Пятницы мелькают за окном

Много раз процитирован и прочитан продукт коллективного разума, что если тебе больше чего-то, ты проснулся, и у тебя ничего не болит – значит ты не проснулся.

Я проснулся, мне явно больше того-то, и у меня ничего не болит. Проснулся ли? Пью кофе. Толстая Шура забралась на колени и стукнула меня током. Вряд ли может присниться такая толстая электрическая кошка, но ведь у меня ничего не болит... Шуру сменяет эфемерная Сара Мухамедовна. Эта вполне может присниться: мягкая, струящаяся, мурлычит едва-едва слышно, тычется мокрым носом. Этакое видение.

Но по дороге на работу начинаю подозревать, что всё-таки проснулся: в лифте какая-то паскуда набрызгала на стенку слово «pank!» (за семь лет, что мы живём в этом доме, впервые напаскудили у нас в подъезде), на улице – холодный сырой ветер, утреннее Солнце закрыто совершенно неуместной новостройкой, сволочной колёсник загородил тачкой узенькую тропку в снегу. Но автобус полупустой и идёт точно по расписанию, милиция и уборщицы вежливо здороваются, обе компухи загрузились, обе сети работают – всё хорошо, всё как во сне, и всё ещё ничего не болит.

Но нет. Вот новостная лента местного портала, вот комментарии к новостной ленте. Как много гадостей среди новостей! Как много глупостей и злобы в комментариях! Душа болит от всего этого. Нет, конечно же я не сплю. Пятница.

P.S. Подумал, что мне ни разу не снились мои кошки. Не помню ни одного сна с кошками. 

Маразм крепчает

Натолкнул меня на размышление френд-пост http://matveychev-oleg.livejournal.com/355860.html . Пост значительный, но ничего там нет необычного. Написала украинка сексуально-извращённый маразматический рассказ – и вошёл он в антологию «Лучшая европейская проза 2013». Обычное дело. В Европе давно уже так, причём не на популярном, а на самом что ни на есть академическом уровне. Помню, как обидело меня присвоение Нобелевской премии Халлдору Лакснессу.

Замечательный писатель Лакснесс. Мне очень нравились его романы «Самостоятельные люди» и «Исландский колокол», а «Брехткукотская летопись» могла бы стать наставлением по нравственности. Но эти его книги не претендовали на Нобелевскую премию, потому что они были о сильных и нравственных людях. Разве этого хочет Европа? Это ведь очень плохо – писать о сильных людях: это не толерантно, это обижает слабых людей. Плохо писать и о хороших людях, так как это обижает всех тех, от кого зависит успех книги в Европе. Писать надо о гадостях, об извращениях, чтобы люди читали и радовались, что они сами – не такие гадкие, ну и привыкали чтобы к гадостям. А ещё надо писать о великих людях плохое, чтобы люди утешали себя: нет, эти великие люди тоже были гадкие. Всё, абсолютно всё надо замарать и показать, что хороших людей не бывает.

Лакснесс не стал писать про гадов и про извращенцев. Но он написал роман про слабого человека («Свет мира»). И этому роману – сразу же дали Нобелевскую премию. Потому что хотя извращений и другой грязи там нет, но читая его можно сказать: смотри, как пуста и безнадёжна жизнь, как слаб и мелок человек. А сказать так можно, потому что Лакснесс – очень хороший писатель и очень убедительно это написал.

Это было давно. Сейчас бы за это премию не дали. Сейчас в Европе культ дефекации, а Москва не отстаёт, там ставят в Большом Сорокина, что на мой взгяд ещё хуже, чем «писающие мужики» в Праге.

Пишет ли ещё кто-нибудь о хорошем? Напечатают ли его?
------------------------------------------------------------
Хватит пессимизма. Европа – она в Европе, а у нас тут есть лес, луг и поле. Вот они. А фотографий гор, морей и рек и без меня в ЖЖ достаточно.
les
.
lug
.
pol2