murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Categories:

Конец Соловьиной рощи

Нас опять заваливает снегом. Давно уже не было такой снежной зимы. И такой бессолнечной.

После того, как открыли у нас 7 ноября новые станции метро, автобус мой каждый день проезжает мимо того места, где ещё два года назад была Соловьиная роща.

Это название неофициальное, так же, как у бывшего некогда с ней рядом озера Бацилла (писал я раньше и про Соловьиную рощу, и про Бациллу). Место это – на самом краю Грушевки (как уже стало традицией нашего исполкома, станция метро «Грушевка» находится довольно далеко от района, который раньше так назывался, это как-то даже стало привычно).

Грушевка – не самый старый район Минска. Он возник только в 1871 году как посёлок железнодорожников. Но до недавнего времени это был самый старый уцелевший район, так как более старые районы Минска были разрушены или перестроены. Например, излюбленное туристами Троицкое предместье, сохранившееся во время Войны, в 80-е полностью переделали, и там сейчас ретро, а не старина.

Грушевка чудесным образом уцелела во время Войны, несмотря на то, что почти все дома были деревянные. Я жил на улице Грушевской в доме постройки 1917 года. Рядом были дома постройки 1911 и 1901 года, а на соседних Пакгаузной (ныне Хмелевского) и Иосифовской (ныне Разинская), которые тоже входят в Грушевский посёлок, были дома и старше.

Грушевка начинала строиться на окраине Минска, а оказалась в самом центре. До Дома правительства мне было 10 минут пешком. Долгое время Грушевку строители обходили. Другие старые районы перестраивались, а Грушевку не трогали, только потихоньку наступали на неё со стороны Лютеранской (ныне Р. Люксембург).

В 1986 году градостроители добрались до Грушевского посёлка. Были снесены дома на улице Извозной и трёх Извозных переулках. Что там собирались строить – не знаю, но снос был масштабный, наверное, и строительство намечалось масштабное.

Тут началась перестройка, и всякое строительство прекратилось. Но дома были уже снесены. Заброшенные приусадебные участки быстро заросли сорными деревьями и кустами, разрослись деревья, посаженные вдоль снесённых улиц, затёрлись следы переулков, заросли фундаменты домов. Образовался натуральный лесной массивчик дикой природы в центре Минска. Вот только грибов в этой роще не было, кроме свинушек и шампиньонов. Особо хочу отметить, что ни в свалку, ни в бандитский уголок этот райончик не превратился.

В этот кусок одичавшей природы мы 20 лет ходили собирать одичавшие яблоки и малину, я там даже заготавливал дрова для печки. Участок получил стихийное название Соловьиная роща. Соловьёв там было действительно много, и весной они пели не только по ночам, но и в пасмурный день.

Наш дом снесли 7 лет назад. Переселили нас в бетонную коробку в 10 км от центра. С названием района опять повезло: жили в Грушевке, переселились в Малиновку. Была на этом месте раньше деревня Малиновка. Надо сказать, что деревни «Грушевка» на месте Грушевского посёлка раньше не было, и к грушам название тоже не имеет отношения, хотя в каждом дворе обязательно были груши, такого количества груш нигде в Минске больше нет. От тех соседей, которые жили на Грушевке ещё до революции, я слышал две версии названия. Одни говорили, что земля там принадлежала пану ГрушЕвскому и была выкуплена у него городской управой, другие говорили, что наоборот – пан ГрушЕвский дал денег на прокладку улицы при условии, что её назовут его именем. Кто прав – не знаю, только деревни с названием «Грушевка» на старом плане Минска нет.

В общем, градостроители (они же градоразрушители) добрались до Соловьиной рощи. Я надеялся, что Соловьиную рощу преобразуют в парк, но слишком уж это место близко к центру, слишком удобные коммуникации. Даже жилые дома на этом месте не стали строить, а поставили бизнес-центр, гостиницу Rubin-Plaza, теперь строят ещё какую-то VIP-гостиницу и ещё какой-то бизнес-центр. В чём-то эти здания даже красивые, но мне приятнее было бы видеть на этом месте даже серые невыразительные коробки: ведь в этих коробках жили бы люди. Да и не строят в Минске больше одинаковых серых коробок, научились коробки красить и разнообразить.

Да, здесь мог бы быть парк. Как раз под Соловьиной рощей в трубе протекает Немига. Воды в ней довольно много, и вода чистая. Нет бы, выпустить наружу и сделать озеро поближе к центру Минска! И деревьев можно было не сажать, и землю не удобрять: что ж может быть лучше бывшей огородной земли, которую люди удобряли более ста лет! Так нет же: будут здесь бизнес-центры и гостиницы.

P.S. А снег валит и валит. Ничего, я верю в наших дворников, все они - тутэйшие, гастарбайтеров не держим.

Tags: Минск, воспоминание, история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Вот и первая гроза

    Гроза "в начале мая" по-нашему была бы в середине мая. К этому времени гром редко бывает первым. Но меня больше нервировал Некрасов:…

  • Обыкновенный пост (и. о. синхросигнала)

    С навязанным мне щенком ( который уже больше метра в длину, не считая хвоста) гуляю в зелёной зоне между Кольцевой автодорогой и гаражами. Хорошее…

  • Кризис жанра

    После трёх пропущенных памятных дней. . . . Сегодня я приехал в Минск по делам: купить полиэстер для замены поликарбамидной кровли, пробитой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment