murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Category:

Перечитывая отброшенное

Итак, три дня не было у меня радио, телевизора, Интернета и собеседников. Днём был лес и были дела в огороде, а вечером в лесу было темно, в огороде не было дел, а на небе не было звёзд. (Эх, память… Давно-давно смотрел я фильм «В сельве нет звёзд». Помню, что фильм был очень сильный, а о чём – не помню. Хм-да.)

Было у меня несколько книг. Почему только несколько, если жена там живёт постоянно? – Потому что жена увезла с собой в город свою электронную книгу, которую я ей по её заказам регулярно пополняю: привожу еженедельно на флешке. А бумажных книг в нашем болотном домике – только те несколько, что остались от старого хозяина. Среди них был двухтомник Ильи Сельвинского. Взял полистать. В предисловии в первой же фразе написано, что Сельвинский мало знаком современному читателю. Не знаю, кого автор предисловия понимает под современным читателем? Мне Сельвинский знаком со школы. Тогда он мне не понравился. Пишет в рифму, но стихи – это ещё не поэзия, поэзии я тогда у него не нашёл.

Однако, лет прошло много, может, я чего тогда не заметил? И я пролистал один томик, пролистал и другой. Нет, я не ошибся. Сельвинский – это не русская поэзия. Это стихи, но не поэзия. Стихи его про русских. Ах, как хвалит Сельвинский красоту русских девушек и мужество русских солдат! Но нет в его стихах русской души, нет русской искренности.

Мнение моё, конечно, личное. В школе у меня был друг, большой любитель поэзии. Очень хорошо разбирался в литературе. Нравились ему более всего Багрицкий, Светлов, Михаил Кольцов. Он их мне часто читал с вдохновением. А мне они не нравились. С «не» отдельно, так как я не мог про них сказать ничего плохого, просто не нравились. Я тогда Есениным увлекался и Брюсовым. Кольцова тоже любил, только Алексея. Друг меня всё спрашивал, что я такого в них нахожу. Сходились мы с ним на Блоке, Блок нам нравился обоим. Но и тут он восторгался поэмой «12», а по-моему она – издевательство над поэзией… Ладно, это давно было. Друг тот для меня давно помер. Другие считают, что он жив, просто уехал на оккупированные земли, а для меня – так помер.

Но пролистал я второй том Сельвинского – и неожиданно заинтересовался. Там – пьесы о революции и о войне. Язык – ужасный. Для чего-то герои говорят якобы стихами. Как можно писать такое, если читал стихотворные драмы Пушкина и Алексея Толстого – мне непонятно. [Тут я отвлекусь на махонький факт из биографии Куприна. Когда он был юнкером и сидел на гауптвахте за то, что опубликовал рассказ в журнале без разрешения начальства, ему попала в руки повесть Толстого «Казаки». Прочитав её, Куприн решил никогда больше ничего не писать, потому что писать без таланта, когда есть Толстой – просто неприлично.] Но меня интересовал не язык, а содержание.

Прочитал я пьесы с двумя большими интересами. (Можно так сказать? – Сейчас, когда не стесняются говорить «несколько вкусов», наверное, стало можно). Первый – это мировоззрение самого Сельвинского и второй – эволюция мировоззрения его героев-коммунистов. В пьесе «Трагедия мира» показаны три поколения революционеров. Последнее поколение идёт в бой не за свободу, а «за Родину, за Сталина». Старшие поколения считают это результатом полного оболванивания и смертью идеи коммунизма, вплоть до того, что комиссар второго поколения от безнадёжности стреляется в то время, как комиссар третьего поколения ведёт отряд в бой. Сельвинскому, хотя он, возможно, этого и не хотел, удалось показать, что оболванивание поколения произвели те самые  люди, которые потом пришли от него в ужас.

Пьеса «Трагедия мира» вообще очень интересная, но самое интересное то, что её НЕТ в библиографии Сельвинского в Интернете (но в сборнике – ЕСТЬ!). Написано, что это – четвёртая часть трилогии «Россия».

Почему-то это напомнило мне Майдан. Точнее, не Майдан, а Украину. Связь слабая? Но Украина настолько в голове, что сейчас любое событие, любую мысль начинаешь примерять к тому маразму, что происходит у наших южных кузенов и который они сами (по подсказке ЕС и США) называют торжеством свободы и демократии. Хозяева Украины все 23 года пытались сплотить доставшуюся им богатейшую, но разрозненную страну в единую нацию, избрав в качестве национальной идеи русофобию. Все 4 президента эксплуатировали эту идею (Янукович – тоже, с фигой в кармане). Очень удобно все былые трудности и все текущие взваливать на русского. И вот воспитано поколение, которое уже не примет другую идею.

Вообще, с пьесой «Трагедия мира» рекомендую ознакомиться. Удовольствия не обещаю, но интересно. Ошибок и недостатков много. Но есть и удачи. Интересно, например, рассуждает Гитлер. Он у Сельвинского – не дурак. Да и неприлично как-то было бы изображать его идиотом. Какие же идиоты тогда те, кого он победил? У Шекспира есть интересный момент в драме про какого-то из Генрихов. Там претендент на престол радуется успеху своего соперника: «Чем более он будет знаменит, тем больше славы я получу после победы над ним!».
Tags: не-Украина, худлит
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments