murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Статистика по неполной выборке

Это - очень краткий обзор опыта деловых контактов с научно-конструкторскими организациями разных республик СССР на протяжении более 20 лет. Давно хотел написать, но останавливало то, что данные у меня неполные. Не со всеми республиками сотрудничал наш НИИ и не со всеми тамошними организациями. Например, с Таджикистаном, Туркменией и Киргизией у нас контактов совсем не было, а с учёными из Азербайджана, Узбекистана и Эстонии я хоть и встречался на симпозиумах и конференциях, но дел совместных не вёл.
Но в реальной жизни со статистикой по полной выборке человек редко имеет дело, в жизни выборка всегда неполная.

Разный подход к деловым контактам в разных республиках я объясняю, во-первых, разной организацией работы и деловой жизни, во-вторых - разными национальными традициями, а уже после всего этого – разной национальностью. Да, национальностью тоже, но это – не главное, совсем не главное. Главное – организация управления республикой, то есть, главное – политика властей. Не сиюминутная политика, конечно, а многолетняя (даже многовековая, если говорить не о республиках, а о народах), политика, сказавшаяся на воспитании, психологии, идеологии...
------
Лучше всего было работать в Литве. Ни одной попытки обжулить, ни одной попытки потихоньку украсть, отсутствие мелочного расчёта. В основном с литовскими конторами у нас было взаимное доброжелательное сотрудничество по типу «даю, чтобы ты дал», но была и просто взаимопомощь. В Литве мне приходилось сталкиваться с национализмом в быту, но по работе – никогда. В Литве я нашёл друзей.

В Латвии друзей я не нашёл. Но работать было легко. Недостатком (да недостаток ли это?) было то, что надо было чётко оговаривать взаимные интересы и придерживаться примерного баланса по типу «я тебе – ты мне». Дисциплина деловых связей соблюдалась в Латвии чётко. Научный мир был в Латвии интернационален. Например, в НИИ, с которым мы постоянно имели дело, научными лабораториями заведовали (в 1979 я специально подсчитал) 6 русских, 5 латышей, 3 еврея, 2 украинца, армянин и литовец.

В России (без Москвы и Ленинграда) работать было хорошо. В Российских НИИ было как у себя дома. В России можно было получить разработки очень высокого уровня просто так, по дружбе. Много раз я слышал про воровство и мошенничество в России, но не встретил его ни разу. Вот что действительно встретил, так это необязательность выполнения обещаний и даже официальных договоров. И ещё – плохое знание аналогичных и смежных разработок в других НИИ и других странах. В России очень любили изобретать свои велосипеды в каждом НИИ. И я их понимаю: изобретать – это интересно и увлекательно.

Москва… О, Москва! Чего там только не было! НИИ Москвы различались по уровню разработок чрезвычайно: от высочайшего уровня, до откровенного мошенничества. Было много краденых разработок, которые объявлялись своими, часть из которых вдобавок ещё и не работала; было много разработок, где кроме рекламы вообще ничего не было. И при этом именно в Москве мы находили прекрасные работы. Действовало странное русско-московское свойство: если контора требовала заключения официального договора и держала принцип «ты мне – я тебе» (именно так, а не «я тебе – ты мне», как в Латвии), то дело обещало быть бесперспективным, продукт наверняка был хуже обещанного. Зато хороший продукт в Москве можно было получить просто так, по дружбе. В Москве конторы очень различались по уровню работы, по степени жадности и по уровню криминала. В Москве я встретил много хороших людей, много поганых людей и много жуликов. В Москве я нашёл много друзей.

Ленинград. Про Ленинград у меня нет общей картины, хотя с несколькими НИИ мы имели дело. Наверное, не повезло. Не заладилось у нас сотрудничество с Ленинградом.

Дошёл до Молдавии, и писать расхотелось. В Молдавии мы встретили доброжелательное человеческое отношение, но низкий уровень разработок. Молдавию мне вспоминать очень грустно. Я был там неоднократно и не в одном НИИ, но почему-то не заметил национализма, не заметил злобы у людей. Как я удивился тому, что там творилось в начале 90-х и что творится сейчас!

В Грузии я имел дело с единственным академическим НИИ. Ничего я там не нашёл, кроме мошенничества. Такие конторы встречались мне и в Москве, но там хотя бы специалисты были компетентными, а в Грузии – ну как из анекдотов. Но, наверное, это было не везде, просто так уж мне повезло.

Про всю Украину сказать не могу, Украина велика и многообразна. Имел я дело только с Киевляндией и со Львовом.
С Украиной я старался сам не работать, старался поручить контакты кому-нибудь другому. Потому что украинцы внешне были очень похожи на нас и в быту напоминали нас, но когда дело касалось работы, украинцы были наглыми, жадными и хвастливыми. Жадностью называют две разных черты: скупость и алчность. Украинцы не скупые, но очень алчные. Принцип контактов у них: «ты мне, а я тебе постараюсь ни шиша». Когда украинцы хвалят свою работу, никогда не знаешь, что она на самом деле представляет. Уровень разработок у них в НИИ был неплохой, но они его подавали как наивысший, лучший в мире, и переубедить их в этом не удавалось: логику украинец не воспринимает и так нагло врёт, глядя прямо в глаза, что просто нелоко сказать ему, что он пень или жулик.

И ещё я ничего не сказал про Белоруссию, с белорусскими НИИ мы ведь тоже сотрудничали. Стиль работы скорее всего «ты мне – я тебе» при точном выполнении обязательств и при большой осторожности. Стиль близок к русскому, но вместо душевности в отношениях – большая осторожность. Официальные договоры тщательно соблюдаются, устные – забываются, когда это удобно.
Tags: СССР, воспоминание, наука, экономика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment