murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Categories:

Как я голосовал за Лукашенко и почему


Дело это старое, прошло 16 лет. Этот пост я пишу для форума одного из моих френдов. На форуме обсуждаются проблемы Белоруссии, вот и я решил выложить свои три талера – можете забирать к себе и вставлять хоть со ссылкой, хоть без ссылки. Только учтите: я – в отпуске. Потом я этот пост уберу: он не вяжется с общим направлением моего журнала.

А я за Лукашенко и не голосовал. Это я за него сейчас голосую, а первый раз, летом 1994, я за него не голосовал. Отнёсся я тогда к его кандидатуре скептически. И вовсе не потому, что он был политрук в роте и председатель колхоза. Политруки бывают разные, даже очень – это я знал. А в защиту председателей колхоза хочу написать большой абзац.

В многочисленных публикациях про Лукашенко о том, что он руководил колхозом, обычно упоминают с презрением. С презрением к чему? Председатель колхоза (директор совхоза) – самая сложная должность, требующая самых разнообразных знаний и умений. Он отвечает и за технологию, и за организацию производства, и за внешние связи (с начальством, поставщиками, клиентами), и за кадры и за быт этих кадров. Он же и администрация, он же и милиция. Круг его обязанностей значительно шире, чем, например, у директора завода. И уж во всяком случае, его хозяйственный опыт шире, многообразнее и конкретнее, чем у Гайдара (и у всех российских президентов вместе взятых). Для особо интеллигентствующих хочу отметить, что личной заинтересованности в такой моей оценки у меня нет: ближайшим к земле моим родственником был прадед, да и тот родился однодворцем.

Почему же отнёсся скептически? Посмотрим на всех кандидатов.

Оба националиста (Пазняк и Шушкевич) сразу отпали. Политическую программу оба они имели, хоть и расплывчатую (Пазняк – почётче, Шушкевич – поинтеллигентнее). Программа это была мне враждебна, но бОльшую роль сыграло то, что экономической программы у них не было вовсе. На словах она была и при внимательном прочтении сводилась к одной фразе: «Будем, как на Западе – и процветём». Ребята совершенно игнорировали тот факт, что в мире туча вполне капиталистических и вовсе не процветающих стран. Кроме того, экономическая программа должна описывать не столько будущее, которое якобы когда-то настанет, сколько путь к этому будущему.

Коммунисты выдвинули Новикова. Я его не знал совершенно, но программу определяет не человек, а партия. Программа коммунистов мне была известна. Новиков объявил, что он будет добиваться восстановления социалистического строя. Сейчас мне ясно, что это было невозможно, но в 1994-м, да ещё после разгула 92-93, вызвавшего отторжение населения от гайдарчубайсовских идеологов, это было не очевидно. Я выбрал Новикова и голосовал за него. Новиков не прошёл во второй тур: белорусский народ оказался мудрее меня. Через некоторое время я в этом убедился: коммунисты Белоруссии состыковались с националистами и стали проводить митинги совместно, под полицайским флагом. Тьфу на них! И как я мог отдать голос полицайским последышам!

Во второй тур вышли Кебич и Лукашенко. К этому времени Кебич уже три года был моим прямым (хотя и не непосредственным) начальником. За него голосовать я не стал. Кебич был безусловно умный и знающий человек, и внешне – очень решительный. Но эта решительность его была в выполнении чужих идей. Своих идей у него не было. Он проводил бы ельцингайдарскую политику под аккомпанемент уверений в самостоятельности. Совершенно новая ситуация требовала и нового подхода, в то время как разные там программы «500 дней» и др. ориентировались на капитализм 30-х годов.

Лукашенко хорошо себя зарекомендовал, работая депутатом. Идеологически его взгляды были мне близки. Но… я ему не поверил. В открытой дискуссии с Кебичем он показал, что экономику страны в целом он не представляет, и путей выхода из ямы не видит. Это мне так показалось. По общей оценке Лукашенко дебаты выиграл, а по моей – проиграл. Я не пошёл голосовать на второй тур. Я ошибся. Лукашенко быстро разобрался в проблемах «колхоза Республика Беларусь». Это стало очевидным, и уже на осеннем референдуме я голосовал за его предложения.

За эти годы я часто был не согласен с решениями Лукашенко (ну, он меня и не спрашивал). Но почти всегда потом оказывалось, что он был прав. Многие его решения я всё равно бы не принял, даже зная, что он прав. Что ж, потому-то я и не политик. В науке есть свои законы, некоторые из которых так же жестоки, как законы преступного мира, но закона, заставляющего обниматься с тупыми пьяными президентами – в науке нет. А в политике – есть, и Лукашенко этими законами овладел. Я бы не смог.

Многое мне не нравится и в нём лично: его художественные вкусы (он их не скрывает), его публичная любовь к хоккею, его заискивание перед хеврой, которую он почему-то считает элитой. Ну и сына Колю я бы пожалел, очень уж напоминает это «Осень патриарха». Но это всё не влияет на то, как я голосую. Мне же не пиво с ним пить, мне жить в стране под его управлением. Как говорится в том полуприличном армянском анекдоте, «мы его ценим не за это». И хотя, например, вступление в Таможенный союз мне кажется грубейшей ошибкой – я голосую за Лукашенко.


Tags: воспоминание, политика, экономика
Subscribe

  • Кризис жанра

    После трёх пропущенных памятных дней. . . . Сегодня я приехал в Минск по делам: купить полиэстер для замены поликарбамидной кровли, пробитой…

  • Посылаю синхросигнал

    Расскажу случай из СССР-ской жизни. С конца 70-х в СССР бурно стала развиваться телеобработка для ЭВМ Единой Серии (ЕС ЭВМ). Поскольку сама Единая…

  • Клочки мыслей

    Не помню, где и у кого был раздел "Непричёсанные мысли". Я непричёсанных мыслей не публикую. Но остаются на расчёске клочки... Вот…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments