murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Покоя больше нет

Строго говоря, это ко мне не относится. Это у меня крутится в голове название одного негритянского романа про жизнь в какой-не-помню африканской стране. «Покоя больше нет» - так переводилось имя главного героя с какого-то африканского языка.

Слабенький был роман, но запомнился, потому что описывал жизнь, не очень похожую на нашу. Но сюжет был вполне европейский. Герой окончил университет в Европе и вернулся работать в свою страну. Знания его оказались не нужны. Через родственников он устроился чиновником не по специальности. Платили мало. Вокруг все чиновники брали взятки. Он тоже стал брать. Попался. Сел в тюрьму. В африканскую.

Вот такой сюжет. Ко мне никакого отношения не имеет, кроме того, что я эту книжку помню. Интересно, сколько человек её прочитало и сколько до сих пор помнят… В СССР издавали книги авторов развивающихся стран и распределяли их в нагрузку через "клубы книголюбов", ну те, которые покупали модные книги в обмен на макулатуру. Мои сослуживцы, которые состояли в этом "клубе" все поголовно, нагрузку относили мне. Обычно эта нагрузка (для меня) была интереснее, чем модные книги, не читать которые считалось неприличным. Помню, все читали Дрюона, "Три Дюма", а что ещё - я не помню: я в "клубе" не состоял и читал "нагрузку".

---------------
А что обо мне? Где мой покой? Не дождётесь. И я не дождусь.
После четырёх дней непрерывных дождей мы дачу эвакуировали. И надо же! – дожди прекратились. Но очень холодно. Ну как очень? – Не очень: плюс четыре с умеренным ветром. Бывает и хуже.

И вот про покой.
Не успели мы разобрать банки с грибами и кабачки, привезённые с дачи, как меня стали доискиваться по телефону из моего НИИ. Я приготовился отправить доискателей в баню (потому что там они могли бы узреть, куда я их на самом деле посылаю), но оказалось, что это совсем не то, что это один из наших старых сотрудников, уволенный уж лет семь как, доискивается. И доискивается, чтобы я ему сложил сейчас печку.

Батюшки! Печку в октябре при плюс четыре за рубежом! Раствор же не схватится, это же не цемент, не известь, это – глина!

Но уговорил он меня, однако. Жить, говорит, негде: сын женился, и он уступает ему квартиру, а сам хочет жить на даче, вполне благоустроенной, только печки не хватает. Врёт, наверное, но уговорил. С завтрашнего дня приступаю. Покоя больше нет. Да его и так не было.
==
А про котиков, про холодную золотую осень и про всякое-другое разное - после, как вещи разберу.
Tags: СССР, воспоминание, текучка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments