murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Как я во второй раз не пошёл в буржуи (окончание)

Трудно писать, когда вокруг бегают люди и кошки. Вроде бы всё продумано, садись и набирай. Но скачут по плечам котёнки и заглядывают через плечо в экран люди. А людям совершенно незачем знать подробности, которых они не знали раньше. Помимо прочего, отвлекают. Спрашивают о чём-то, советуются в чём-то… Когда сидел на работе – никто меня не отвлекал, и кошки на шею не лезли. Но вот уже совсем скоро начну набирать: дочка уходит на вызовы (их сегодня немного, эпидемия гриппа ещё не началась, а погода не соплеобразующая), сын уходит проводить консультацию (сессия идёт). К их приходу надо будет зажарить свинтуса и сходить купить коробку молдавского мерло (всё-таки, первый день нового года!), но я постараюсь успеть.

Итак, буржуи напоили меня коньяком, дали закусить балыком и потащили в баню. До меня не сразу дошло, что пьют они каждый день и что ездят развлекаться по вечерам три-четыре раза в неделю. Это стало ясно из разговоров в машине, пока мы ехали в баню. Надо сказать, что я забеспокоился ещё когда мы садились в сашину машину. Пили ведь все, Саша тоже. Конечно, бутылка коньяка на четверых – это не такая величина, чтобы утверждать, что водитель был пьян. Для ГАИ, конечно, пьян, но время было такое, что я и милиционеров видел пьяных при исполнении. Но тем не менее…

Для полноты картины надо описать моих спутников. Саше было около 37 лет. Я знал, что он женат,  имеет сына и строит коттедж под Минском. Вид у него был очень обыкновенный, славянский, ничего импозантного, по-русски говорил как русский. Оба других спутника были таких же лет, но я могу и ошибиться: у нерусских (у неславян, точнее) я не могу точно определить возраст. Про них я не знал ничего, выглядели интеллигентно. Машина была «Жигули-зубило» (ВАЗ-2108 то есть), иномарок тогда в Минске было очень мало, это теперь «Жигули» можно увидеть раз в день, да и то при ближайшем рассмотрении это может оказаться «Фиат-124». Одеты мои спутники были хорошо, но обыкновенно, пресловутые малиновые пиджаки у нас носили братки, а не буржуи.

Ехали мы, значит, и трепались. Меня беспокоило, что далеко едем, так как денег с собой у меня не было даже на проезд на автобусе. На работу я ходил пешком: мне всего-то было минут 10 быстрым шагом, а от работы до сашиной конторы тоже было около этого. (Кто знает Минск, жил я в начале Грушевки, работал в Доме правительства, а сашина контора была на Кирова).

Трепались, конечно, о бабах. До этого, на рабочем месте, говорили только о делах, даже когда давили коньяк, а в машине начали о бабах. В основном о том, у кого какие были сношения. Саша не то похвастался, не то пожаловался, что с последней партнёршей у него не было времени найти подходящие условия, и они развлекались у него в кабинете, причём она стояла коленями на стуле к нему задом и опиралась о стол. Тут остальные перевели разговор на анальный секс и заспорили, чем это хорошо или не хорошо. Тут и меня напрямую спросили, что я об этом думаю.
Сидеть молча было как-то неудобно. Я сказал, что в японском романе 10 века одна дама перестала принимать кавалера, а когда её подруги спросили, почему она к нему охладела, она ответила, что разочаровалась в нём: «Я предложила ему нефритовый сосуд, а он выбрал медный таз!». Эта моя фраза вызвала буйный смех, в том числе у Саши-водителя, и они на три голоса стали меня уверять, что в бане, куда мы едем, медных тазов и тазиков – навалом.

Январь ещё был или уже февраль – сказать не могу, но стемнело быстро. Я потерял ориентировку, куда едем. Куда-то на Болотную станцию (кто знает Минск). Вокруг был частный сектор, а баня – большое здание с металлической оградой двора. И никакой вывески. Машину пропустил в ворота охранник, он же открыл нам дверь. Большой вестибюль, коридор, большой полутёмный зал с довольно большим бассейном. В зал выходили несколько дверей. Одна была приоткрыта, там была видна освещённая комната с накрытым столом. В бассейне плескались две девицы (а может и две старушки: света было мало), а в комнате у стола крутились ещё две разбитных сильно намазанных девахи.

Я понял, что надо смываться. Бояться-то я ничего не боялся. Плохо было только то, что неизвестно, как и когда я попаду домой. Но главное, что я понял, что это не моя игра, не моя жизнь, что мне тут делать нечего. И ещё понял, что с этими людьми я не смогу работать. Если бы это был просто междусобойчик с приятелями, то я мог бы без всякого скандала посидеть, выпить, закусить, а потом просто не встречаться. Но речь шла о вступлении в их «консенсус». Нет, надо было линять.

Я сказал, что немножко подышу морозным воздухом. Давно, мол, не пил, коньяк на меня подействовал. Охраннику у дверей сказал, что выйду покурить. Он удивился и сказал, что все курят здесь (Саша был некурящий, а Фиму с Аркашей я с сигаретами тоже не видел). Я и ему сказал, что мы много выпили, и мне надо подышать воздухом. Пальтишко для правдоподобия я накинул сверху. Охранник меня выпустил во двор, я завернул за угол дома, пролез сквозь забор и стал уносить ноги от потенциальных партнёров и работодателей.

Я совершенно не представлял, где нахожусь. Выйдя на широкий перекрёсток, я увидел далеко-далеко красные огни телевышки и, ориентируясь на них, пошёл к центру города. На улицах не было никого. Мне очень хотелось набить кому-нибудь морду, и я желал, чтобы попалась навстречу какая-нибудь компашка, которая не приминёт зацепить одинокого прохожего интеллигентного вида. Когда поймут, что ошиблись, поздно будет. Но навстречу не попался никто, а вскоре я вышел на улицу с автобусным движением и хотя денег у меня не было, доехал куда надо.
Назавтра я не позвонил Саше. И он тоже мне не звонил, хотя мог бы и поинтересоваться: а вдруг меня по дороге убили? Возможно, он понял меня правильно, возможно нет – мне всё равно.
--------

Лет за 15 до этого в жизни я был знаком со случаем, внешне похожим. У моей сестры был приятель, писатель и богатый бездельник. Богатый он был не потому, что его много печатали, а потому, что был сын министра (или председателя какого-то гос. Комитета – не помню). Он рассказывал, что пристроился в компанию официанток кафе «Театральное» (народное название этого кафе было «Чёрные скалы» и соответственно Оперный театр, который был рядом, звали «ля скал» - по-белорусски «около скал»). Каждый вечер он шёл в это кафе. После закрытия все официантки со своими хахалями («бойфрендами» по-нонешнему) до утра допивали и доедали всё заказанное клиентами, проедали и пропивали полученные чаевые и перемывали косточки клиентам, которые у них за день были. И вот он походил так пару недель, а потом понял, что такую ежедневную жизнь не выдержит. Но пропускать дни было нельзя! И он с сожалением расстался с этой компанией.

У меня был не совсем такой случай. Конечно, пить каждый день и веселиться каждую третью ночь я тоже бы не смог. Но главное не это. Моя семья ела тогда белый хлеб два раза в месяц (с получки и с аванса), вместо мяса я покупал в магазине кости (да, продавались в те годы у нас кости) и на базаре здор (нутряной свиной жир). Соседи вокруг меня и сотрудники в нашем НИИ жили не намного лучше. Не мог я работать вместе с буржуями.
-----

Через полтора года избрали президента, потом сбросили с Дома правительства полицайскую тряпку, спустили герб Великого Княжества Литовского, а ещё через полгода стала налаживаться экономика, а мои разработки вдруг оказались  очень нужны правительству. Про Сашу мне рассказывали, что фирма его развалилась, но работу он нашёл хорошую в каком-то КБ, получает хорошо. Но коттедж так и не достроил.
===========

Мне пришлось-таки прерваться, чтобы зажарить свинтуса деткам. Вместо мерло купил каберне – тоже хорошая вещь. Старый Новый год встретили. Всех запоздало поздравляю.
---

Пост, сами понимаете, скриптум. Я описываю конкретный случай. Где-то наверняка были другие буржуи. Но мне попались эти. Тем, кто оперирует средними. типичными якобы случаями, хочу сказать, что множество типичных случаев состоит из случаев конкретных. Мне попался вот такой второй случай стать буржуем. Третьего случая не предоставлялось.
Tags: воспоминание, социум
Subscribe

  • День полукруглых дат

    Я не успел написать этот пост 21 апреля. более того, я его только сейчас начал. Объективную причину имею: занят был, полукруглым юбилеям оказывал…

  • Вот и первая гроза

    Гроза "в начале мая" по-нашему была бы в середине мая. К этому времени гром редко бывает первым. Но меня больше нервировал Некрасов:…

  • Языческий-астрономический Новый год и сигнал друзьям

    Довожу до сведения, что я здоров. И был здоров, не болел. Просто дурит моя компушка четвёртый день, не могу разобраться, где и почему. Прочитать со…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments