murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Где-то разрушают…

Здесь – выращивают и строят.

После непомерно холодного июня через cредний июль наступил непомерно жаркий август. Сегодня у нас было больше 33, хотя погодники на сайте уверяли, что у нас 31. И ветра при этом не было. Зной. Но раслины на огороде разрослись, прикрыли землю – и земля не сухая. В июне было холодно, а земля, едва закрытая чахлыми раслинками, была сухая. Теперь – нет. Буйно разрастаются огурцы, помидоры и фасоль, а кабачки буйно плодоносят. Сейчас это всё идёт без меня: я буйно стучу молотком, заканчиваю северную стену.
Люблю топор и молоток,
Лучковую пилу.
Открыты окна на восток
И печь стоит в углу.
Печку, конечно, сейчас не топим, барбекю готовили на костре. Дочка приспособилась жарить его не над углями, а над открытым огнём. Получается быстрее и вкуснее. Кроме того, мы теперь вместе с мясом в том же рассоле маринуем кабачки, а потом их вместе с мясом поджариваем на решётке. Попробуйте: очень вкусно.
--
Продолжаю перечитывать «Банкира» Лесли Уоллера. Недооценил я эту книгу раньше. Возможно, потому, что нет в ней ни единого персонажа, которому я сочувствую. Казалось бы, главный герой заслуживает сочувствия: его назначили на роль козла отпущения, но недооценили его проницательность, ум, упорство и принципиальность. В конечном итоге он выигрывает эту битву ссудных процентов. Но он – убеждённый «рыночник», убеждённый антикоммунист и он презирает бедных людей, хотя грабит их исключительно в пределах закона, сам признаваясь, что банки – единственный полностью законный способ воровства. Лучше (умнее) остальных капиталистов он тем, что понимает пагубность неограниченного кредита, понимает и то, что в своих же интересах отказаться от сиюминутной прибыли для того, чтобы поддержать государственные программы, сулящие прибыль в перспективе. Ну, умный человек и относительно порядочный. Ну и что? Я в принципе не мог бы оказаться на его месте, думать как он, иметь такие же интересы. Остальные персонажи романа ещё хуже, есть совсем гадкие, и все пытаются обокрасть друг друга.
Косвенно вычисляется, что идёт 1960 год, так же, как у Стейнбека в «Зиме тревоги нашей» (там тоже дата вычисляется косвенно). Но у Стейнбека в романе есть порядочные люди, а у Уоллера нету. Всё равно читать интересно. Бандитов и извращенцев в романе нет, просто корыстные мошенники разного масштаба.
Есть и человеческие, не только банковские рассуждения. Например, он смотрит на свою дочку и думает: «хорошо бы хоть один из сыновей был таким же умным, как дочка. Им это просто необходимо. Ей же когда-нибудь может стать помехой ее острый ум. Мальчишки могли бы также позаимствовать какую-то долю ее наблюдательности. У нее этого тоже слишком много. Но может быть, она вырастет достаточно хорошенькой, чтобы подобные опасные атрибуты не слишком выпирали. Красоте все прощается».
Tags: кулинария, худлит
Subscribe

  • Вот и первая гроза

    Гроза "в начале мая" по-нашему была бы в середине мая. К этому времени гром редко бывает первым. Но меня больше нервировал Некрасов:…

  • Обыкновенный пост (и. о. синхросигнала)

    С навязанным мне щенком ( который уже больше метра в длину, не считая хвоста) гуляю в зелёной зоне между Кольцевой автодорогой и гаражами. Хорошее…

  • Глобальное потупление и другая (перво)апрелевщина

    К 21 часу добрался до Интернета. Те друзья, что читают меня постоянно, наверняка подумали, что я вернулся с торфяных болот, что я конечно же на них…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments