murryc (murryc) wrote,
murryc
murryc

Два дяди Ивана

Мои постоянные читатели помнят, возможно, несколько моих постов про Дядю Ивана, друга и сослуживца моего отца. Но у меня были и родные дяди по имени Иван: Иван Кузьмич – младший брат отца – и Иван Васильевич – младший брат мамы. Их история – это часть истории моей страны, моего несуществующего теперь государства.

Но сначала занимательный факт, как я сам чуть не стал Иваном.
Я в семье четвёртый. Предыдущим трём имена давал отец, причём, не спрашивая мамы. Называл он детей так же, как называли в его семье братьев и сестёр. Почему, что это был за каприз или что за идея в этом была, я не знаю. Как это получалось практически? В то время формализма в ЗАГСах было меньше. Пока мама лежала в родильном доме, отец брал там справку, приходил в ЗАГС и записывал ребёнка в оба паспорта. Пикантная подробность ещё та, что родители свой брак не регистрировали, но тогда это было не обязательно.
И вот дело шло к тому, что я буду Иваном. Но случился облом. Родился я в Грузии. Грузинские врачи не стали долго держать роженицу, выпихнули на следующий день. Приходит мама своим ходом домой (телефонов не было, такси тем более), а там всей бригадой обмывают начальнику нового сына, а документы ещё не готовы! Мама захотела назвать меня Павлом. Но тут заартачились старшие дети. Самая старшая сестра требовала, чтобы меня назвали Автандилом (Грузия была вокруг, Автандилы вокруг ходили, кто-то, наверное, нравился моей сестре), но двое других требовали Владимира. Большинством голосов – двое против одного, одного и одного – назвали Владимиром. Грузины в ЗАГСе записали «Влодимер», а остальное в метрике всё по-грузински, кроме слова "руски". Белорусы когда выдавали паспорт не стали соблюдать букву и копировать грузинский вариант имени.

Этот анекдотец был для зачина. Далее будет про две судьбы двух Иванов, моих родных дядьёв.

Иван Кузьмич родился в семье кулака. Дед мой был настоящий кулак, не назначенный кулаком по разнарядке зажиточный крестьянин, а настоящий богатый кулак. Имел он 50 десятин, стадо из 10 голландских коров, нанимал двух скотниц и пастуха. Производил сливочное масло и жёлтую сливу. Имел трёх сыновей и трёх дочерей. Старшего сына (моего отца) дед отправил в техникум учиться на механика, так как хотел иметь своего механизатора. Второго сына собирался отправить учиться на агронома. И тут – раскулачивание.
У деда было много золотых царских пятирублёвиков. За взятку уполномоченный «забыл» про старшего сына, который учился в техникуме в другом городе. Семью сослали в Коми, а мой отец закончил техникум и уехал на Урал по распределению. Через год подоспели годы второму сыну, Ивану. У деда остались ещё пятирублёвики. Ими он заплатил другому уполномоченному, чтобы тот, выписывая справку-направление на учёбу, «забыл» специальным кодом пометить, что это – спецпереселенец. Иван поступил в ВУЗ, успешно закончил, жил и работал в Киеве, дослужился до начальника главка.

С этим родным дядей Иваном я не встречался и своих двоюродных братьев и сестёр не видел, хотя в Киеве бывал неоднократно. С роднёй по отцу наша семья не дружила. Мой отец был единственный в семье, кто принял советскую власть. Деду после войны разрешили вернуться, но он всё время пыхтел на большевиков, отнявших его маёнтак, и всё ждал, когда же будет война с Америкой, которая восстановит справедливость. А его жена, моя бабушка, пыхтела, что её старший сын женился на «пролетарке», пыхтела в таких выражениях, как будто сама была не меньше, как княгиня старого рода.

Иван Васильевич родился в Москве, в рабочей семье. Дед мой работал на кожевенном заводе наладчиком, неграмотная бабушка – на фабрике прядильщицей. Иван вступил в комсомол и после школы уехал по путёвке строить Комсомольск-на-Амуре. Уехали они вдвоём с сестрой – моей тётей.
Не все гадости, которые либерасты пишут про советскую власть, выдуманы, некоторые действительно имели место. На стройках Комсомольска-на Амуре всем заправляли зэки, комсомольцы попали там в натуральное рабство. И дядя, и тётя мои оттуда сбежали. Тётя сбежала с проезжим моряком во Владивосток, вышла там замуж. Потом они жили в Петропавловске-Камчатском, в Тикси, в Уссурийске, приезжали к нам в гости в Минск.
Дядя сбежал в Москву, добираясь в «собачьих ящиках». Устроился на кожевенный завод, нормально работал, но вдруг перед самой войной милиция (или КГБ) заинтересовалась, а чего это он вдруг в Москве, если уехал по комсомольской путёвке. Дядю посадили и отправили отбывать в колонию под Брестом. А тут война. Дальнейшей судьбы дяди Ивана я не знаю.

В русских семьях не принято было называть детей именами трагически погибших родственников. Мама моя была неверующая и не суеверная, но она решительно было против того, чтобы я был Иван.
Tags: СССР, история, люди-человеки
Subscribe

  • Творожное утро

    Дождь шёл всю ночь. До этого он шёл весь вчерашний день. Было ещё и холодно, да ещё и с ветром, делать что-либо на открытом воздухе было неуютно. Я…

  • Тот самый вкус

    Фото не имеет отношения ни к заголовку, ни к содержанию поста. Это - заставка, бордюр. Эти диковенные растения - салат " Лола росса". Он…

  • Первая астра

    У нас распустилась первая астра - игольчатая. Их будет ещё много. Астра для нас - обязательный цветок. Мы с женой начали совместную жизнь с того,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments